December 11th, 2011

Хорошее – всегда хорошо

Ребенок мой (младший, несовершеннолетний) в субботу отправился на митинг. Я не стал его отговаривать. Анекдотичность ситуации (митинг против «кражи голосов», когда сами «обкраденные» вполне довольны и не участвуют) ничуть его не смутила, ибо даже он понимает, что митинг – «не за это». Думаю, что он поступил хорошо. Потому что происходящее в любом случае именно и только ХОРОШО. Как год назад вышедшие на Манежку по вполне серьезному поводу поступили хорошо, так и нынешние (по поводу смехотворному) – еще лучше.

Если революций и свержений (ни «режима», ни Путина) пока не предвидится, это совсем не значит, что дело не идет в правильном направлении (трансформации режима под влиянием встреченных им «вызовов»). Хотя перспектива «неозастоя» (правда, не в пример брежневскому, ожидаемо веселого) никуда не делась, в этом году (во второй его половине) впервые за все годы проявились некоторые принципиально новые явления, которых, несмотря на отдаленность и неопределенность последствий, нельзя не заметить.

Во-первых, впервые обнаружилась та самая «современная» молодежь, о существовании которой так много говорили, но которой (за исключением нек. числа в рядах националистов) никто не видел. «Дети Навального» (именно он сумел найти им оправдание для активности) создают реальную альтернативу примелькавшейся коллекции выродков (лимоновы, каспаровы, удальцовы и прочие «рот-фронты»), как будто специально на радость антропологу собравшейся в одну кучу и таскавшей за собой 3-4 сотни поклонников.

Во-вторых, наконец хотя бы некоторая часть националистов доперла до того, что с советской властью им не по пути, а пресловутый «Кавказ» - не к югу от Ставрополя, а в Кремле (в результате чего впервые ноябрьский «марш» прошел под антивластными лозунгами).

В-третьих, впервые недовольство обратилось непосредственно на сам символ нынешней формы режима. Если раньше «Долой Путина!» было скандалом, то за какой-то месяц-полтора стало банальностью, так что «нацлидер» в общественном мнении превратился в «хромую утку», еще не успев заступить на третий срок, и обречен оставаться ею, сколько бы ни просидел. Как следствие, его сторонники (хотя их у него по-прежнему больше, чем у кого-либо) вдруг сделались в быту как-то незаметны, открыто высказывать симпатии к П. стало неприлично, а идейным путинистам (даже самым даровитым, напр.,marina-yudenich) совершенно нечего сказать, кроме того, будто всем руководят Клинтон с Немцовым. Еще один этап советоидного режима себя исчерпывает.


А то, что таких этапов еще парочку (надеюсь, не больше) придется пережить, так что же… Я ненавидел Брежнева-Андропова, но видел, что следующим может быть только условный «Горбачев». Я ненавидел Горбачева, но знал, что конец ему положит – только «Ельцын». Я ненавидел Ельцына, но не сомневался, что сменить его может только «Путин». Я ненавижу Путина, но понимаю, что непосредственным продолжением его может быть только… то, что, произрастет из самого режима (не исключено, кстати, - персонально тот же П., но «новый»).
При этом всякий раз альтернатива, теоретически, конечно, была, но – только худшая (сводящаяся к отходу на один из предыдущих этапов и, соответственно, удлиняющая путь), лучшей же быть принципиально не могло. А вот длительность каждого из этапов столь сурово не обусловлена. Понадеемся, что она будет возможно более короткой.