Волков Сергей Владимирович (salery) wrote,
Волков Сергей Владимирович
salery

Categories:

Только для специнтересующихся

Стараюсь не злоупотреблять узкоспециальной тематикой, но пред. пост вызвал много сходных вопросов (путь и не всегда доброжелательных) – «как, да откуда», и поскольку, вижу, б-во совсем не представляет ни х-ра ист-ков, ни возможностей иссл-я, ни объема имеющейся информации, счел нужным кратко это осветить (для поста, увы, все равно получится длинно и скучно). В том, что я писал, нет ни открытий, ни предмета для спора, тем более для меня (если б кто-то сделал хотя бы 10% от моего – ну было бы о чем говорить; да и тут спорить бы не пришлось, потому что сделавший это пришел бы к тому же самому).
Сфера моих профессиональных интересов – элитные слои традиционных обществ (богатый отеч. м-л дает в этом отн. очень неплохие возможности) и когда речь идет о достаточно общих вещах, я работаю так, как это принято: ищу в ист-х данные, сопоставляю различные цифры, при возможности (когда речь идет о массивах лишь в сотни или тысячи лиц) оперативно что-то подсчитываю сам, опираюсь на результаты более частных иссл-й и т.д. Из всего этого складывается некоторая картина (одна из таких и была представлена). Конечно – все это – в пределах возможного, в каком-то приближении, с готовностью к корректировке в случае появления новых и неожиданных данных.

Но в принципе тут все достаточно ясно (тем более, что и всевозможных «цифр» я знаю больше всякого другого) и основано не на 3-4 «больших» цифрах, а на сопоставлении многих частных. Ну, напр., распростр. вид источника – составлявшиеся полковыми объед-ми в эм-ции «синодики» (что с кем стало). По 2-3, м.б. и не нельзя было бы судить, но когда их десятки, и почти в каждом обнаруживаешь одного, а то и неск. чел., убитых б-ками, напр. в нач.18 в Киеве, то понимаешь, что мясорубка там была действ. приличная, и к встречающимся общим ее цифрам это заставляет отнестись с доверием.

Но всякие цифры перестают иметь значение, когда появляется возможность ПЕРСОНАЛЬНОГО учета. Это совершенно иной уровень. Так вот дело в том, что, помимо обычных ист.занятий есть у меня еще такое «хобби» – коллекционировать офицеров и чиновников старой России (ну, кто-то на горы взбирается, кто-то в пещеры лазает, а у меня – вот это). Еще лет в 16-17 захотелось мне составить возможно более полный реестр лиц, служивших в РИ в офицерских и классных чинах, а в отн. доживших до ее краха – выяснить судьбу. Задача не такая уж безумная – ну миллиона полтора. Потихоньку и занимался (имеется 740 тыс. записей в Экселе и до 400 тыс. в бумаге, созд. в докопм.эру; но людей-то неск. меньше, т.к. одни и те же встреч-ся в разн. ист-х, и предстоит еще отождествлять и соединять). И насчет судеб более 0,5 млн. тоже не все так безнадежно.

Советские напрасно радуются – мол, «этого никогда не узнать». Человек ухитряется все-таки достаточно «наследить», просто до 17г. чтобы о нем узнать, дост.было пойти в б-ку, а после - прих. рыться в архивах. В посл. годы появились вот энтузиасты, приводящие в порядок старые кладбища, расчищающие надписи на пам-ках. Моя деятельность и есть нечто подобное. И – противоположное сов.стремлению имена стирать. Почему вот не дают публиковать списки «нереабилитированных»? Казалось бы, ну что такого: ну был такой, злоумышлявший против сов.вл. и ею справедливо наказанный. Пусть бы все знали, что НН – человек плохой. Но нет, предпочтительнее – чтобы о нем вообще не знали. Вроде и не было его вовсе.

Теперь конкретно о том, что и как можно узнать о судьбах оф.корпуса. Недавно я закончил составление исходного списка оф-в, остававшизся в живых к 17г. (не хватает тысяч пяти), в который и предстоит вносить отметки о судьбе. Начну с белых, с которыми как раз сложней всего (потому что не было той единой структуры, которая бы их всех на гос.уровне учитывала, как учитывали своих СССР и лимитрофы). Тем не менее, разрозн-х м-лов сохранилось очень много, на осн. коих и была составлена еще одна база (алф.словарь в Ворде), куда заносились все изв. мне уч-ки движения, эмигранты и репресс-е в Совдепи в 20-х. Там сейчас до 300 тыс. (с чл.семей – до 500), но это не только офицеры. Основные массивы такие.

Ну, конечно, л-ра и мемуаристика (до 80% последней я, кстати, опубликовал в 2001-5 гг. в 26 томах). Но это в целом «бедная порода», т.к. в б-ве м-лов можно почерпнуть лишь по неск.фамилий, хотя есть и очень информативные). Архивные ист-ки делятся на след. основные группы:
- Приказы по ВСЮР и др. бел. армиям (о назначениях, пр-ве в чины и т.д.)
- Фонды отдельных белых частей, соединений и армий (таковых много в РГВА и ГАРФ) со списками личного состава, книгами приказов ит.д.
- Огромный массив – эвакуационые покорабельные списки (в ГАРФ, до 200 дел). Они сохранились не полностью, но все равно на десятки тыс.лиц (многие встречаются там по 3-4 р. – из Новор. и Одессы в Конст. – оттуда в Крым – снова с Врангелем в Конст. и оттуда – в разн.страны).
- Фонды орг-ций, ведавших беженскими лагерями (целый ряд фондов ГАРФ по Польше, Германии, Югосл, Болг., Корее и др.). Это настоящий кошмар: десятки дел со списками разн.лагерей на разные даты, частью повторяющиеся, а частью нет – двойная и тройная работа при переписывании.
- Фонды РОВСа и эмигр-ских полковых объ-й, обществ и т.д. Тут и полные списки Русской Армии на момент ее преобр-я в РОВС, и списки частей, приб-х в Галлиполи, и м-лы офицерской регистрации 1922 г., и списки членов воинских союзов часто с полными данными на каждого.
Наконец, масса некрологов и траурных объявлений в печати (их удостоились неск. десятков тыс. чел) и – некрополи зарубежных кладбищ, которыми в посл.15 лет очень активно занимался ряд людей.

Обработав эти м-лы – сотни фондов и тысячи арх.дел, мне пришлось сделать примерно 1,5 млн. (ПОЛТОРА МИЛЛИОНА) единичных записей, которые затем при редактуре сводились (где не было сомнений, что это один и тот же ч-к), так что многие проходят в неск. источниках (чаще всего – 3-4, но кто-то упом. лиш раз, кто-то – до 20): напр., один раз в приказе, другой – при эвак., потом встречается в лагерях, потом в газет. объявлении.
Конечно, часть свед. оказывается недостоверной (напр, эмигранты не всегда знали точно, расстрелян ли их однополчанин в 22 г. в Петрограде, или умер там же от голода в 23-м), с списках фамилии бывают искажены, имена перепутаны и т.д. и с этим приходится разбираться. Бывают и случаи, ставящие меня в тупик (напр. ч-к, гарантированно застрелившийся в 15г., вдруг фигурирует в 18-м в приказах по гетманской армии). Но все такие случаи – доля процента ко всему материалу. Поэтому когда какая-нибудь советская шавка радостно тычет в такое (Нашел! Ошибку! У Волкова! Вот он каков!) – смешно, думаю, не только мне. Как-никак, я собрал сведения о сотнях тыс. лиц, а они и на 5 тыс., как говорит президент, «замучаются пыль глотать».

Вот что я знаю про белых. Знаю далеко не всех, но, пропустив через себя такое к-во м-ла, пропорции общего расклада представляю неплохо. Что касается нац.армий, то по б-ву их (а это самые многочисленные) известность почти стопроцентная, т.к. ими специально занимаются местные исследователи, частью мне хорошо знакомые. По Украине, Польше и Прибалтике существуют практич.исчерпывающие данные, и мне в дальнейшем лишь останется проставить соотв. отметку в общеофицерскую базу.

Красных я на персональном уровне пока знаю где-то на треть. В основном по м-лам ГлШт. РККА по увольнениям и публиковавшимся в газетах спискам «предназначенных на должности в РККА (для возм-го «отвода» как «реакцинера»), откуда многих потом встречал у белых (почему и имею прибл. предст-е о размерах бегства). Но уже в конце года собираюсь заняться ими вплотную и всех мобилизованных поголовно учесть. Если вдруг окажется, что их не 48,5 тыс, а больше – ну что же, - значит больше. Симпатии мои тут не при чем. Потому что мне это ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ИНТЕРЕСНО. И если кто мне сунет в нос, скажем, список на столько-то тыс. «красных», коих я не знаю: «Вот, тебе сволочь, а ты их не учел!» – в ножки поклонюсь. Только, боюсь, никто не сунет, самому придется....

Судьбу нек-х, конечно, не удастся установить; «погиб в Смуте» - будет и такая категория. Напр., махновцы и т.п. остановили поезд, перебили оф-в и т.д. Иногда об этом знают родные или однополчане, часто - нет. Но в процентном отн. эта категория не очень велика.

Ну, и есть еще большой массив, который я пока не трогал – «мемориальские» данные о репрессированных. Правда, «М-л» в основном зациклен на 37годе, но ряд обл. орг-й – «продвинутее». Думаю, что когда-нибудь станут доступны и все списки жертв «КТ». Когда я пытался добраться через пред. Реабилит-й комиссии А.Н.Яковлева, тот отмахнулся, сказав, «ну, тогда без всяких списков расстреливали». Было и такое, но в б-ве-то списки все-таки были (одно время их не только не скрывали, а напоказ печатали). И есть. (Мне приятель рассказывал, как его знакомый давал ему по просьбе свед. о конкр. лицах, утопленных в Фин.заливе в 18г., но на вопрос «А нельзя ли весь списочек?» глумливо улыбался и говорил, что такового не существует). К счастью, многое всплывает сейчас на Украине, и многие тысячи уже учтены.

Так что работы еще много (закончить и отред. «бел.» базу, «наложить» ее на исх.список, добавить туда, националов, красных, проверить «незакрытых» по репресиованным), но, в общем перспективы неплохие. Собственно, судьбы не менее половины оф-в известны уже сейчас (а из кадровых – так до 70%). Для достоверного суждения об общей картине этого с лихвой хватило бы (как известно, надежной выборкой счит. уже 5%), но она, как я говорил выше, ясна и по работе обычными методами. База же создается не для того, чтобы кому-то что-то доказывать. Это, если угодно, памятник.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 53 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →