Поторопились...

Позабавил недавний казус, когда на журналиста известной газеты, написавшего (по случаю московских переговоров с талибами) про этих самых талибов что-то положительное, обрушились с обвинениями в "оправдании терроризма". Вот когда они составят правительство в Кабуле, с Афганистаном – что, дипломатические отношения прервут? В неловкой ситуации-то не журналист, отразивший реалии, виноват, а те, кто в свое время столь недальновидно официально обозвал нехорошим словом хоть и несимпатичное, но вполне перспективное движение.

А вот не надо торопиться ярлыки клеить, терминами разбрасываться. Сегодня ты "террорист", а завтра – "народный герой", сегодня "бандит", а завтра – "законная власть". У нас вон до сих пор тысячи улиц названы именами террористов, ничуть при жизни этого определения за собой не отрицавших. Раз уж не принято декларировать, что есть хорошие террористы (партизаны, борцы за свободу) и плохие, надо бы, исходя из исторического опыта, быть готовым к тому, что (при перемене ими фронта или изменении ситуации) придется с кого-то "ругательное" определение снимать или забыть, что таковое имело место.

Ну а пуще всего – не подменять реальное и конкретное идейно содержание устрашающими абстракциями, организационно-политическую суть – наименованием метода борьбы (у нас вот есть даже праздник такой – "День партизана и подпольщика"). Как будто существует такое сообщество пироманов, которым почему-то просто нравится что-то взрывать и стрелять из-за угла, так сказать, "из любви к искусству". Но раз слабо по "политкорректности" озвучить, с чем приходится бороться-то (исламским экстремизмом, этническим сепаратизмом) – приходится изобретать этот самый "международный терроризм".

Кстати, выход талибов на границу со среднеазиатскими лимитрофами совершенно напрасно подается как какая-то неприятность (вполне лицемерно, полагаю, - не настолько же идиоты). Талибы-то сами на Ташкент не пойдут, а вот их единомышленники в постсоветских ханствах воспрянув духом, угрозу местным властям создадут, что лишь привяжет последних к РФ, заставив засунуть в задницу антирусские поползновения.

Такая разная рациональность

Одна из самых важных вещей – адекватное понимание существа того или иного явления, человека, политического режима и т.д. Но именно с этим дело обстоит обычно плохо. Если в отношении единичного лица разобраться бывает нетрудно (легко допустить, что это придурок или сумасшедший), то относительно сообществ обычны различные иллюзии, предполагающие наличие в их деятельности рациональных мотивов или хотя бы житейского здравого смысла.

Не ангажированному той или иной "большой идеей" человеку бывает трудно представить, что такие сообщества (партии, конфессиональные объединения и т.п.) и соответственно, создаваемые ими государственные режимы могут руководствоваться совершенно иными, чем соображения практической пользы и целесообразности, ценностями. "Ну не могут же они…", "Должны же они понимать…". Да еще как могут. Потому что у "них" другие приоритеты.

В 20-30-х подобная наивность многим «бывшим» в Совдепии довольно дорого обошлась. Причем остается только удивляться, насколько некоторые из них в этой наивности были укоренены. Был, скажем, один очень видный химик, с самого начала большевицкой власти абсолютно лояльный (и настолько в том отличившийся, что, когда ему все-таки пришлось бежать, прошедшие Гражданскую войну его сыновья-офицеры, отказались с ним встретиться).

Ему приходилось слышать откровения функционеров соввласти: "Буржуазные специалисты нам нужны, говорить не приходится, но только до поры до времени; как только наши партийцы от них научатся всей премудрости, мы их выведем в расход; теперь мы поступаем с ними подобно коровам, предназначенными на убой: хорошо обращаемся, лучше кормим и содержим, а когда будет надо, то расправимся с ними, как и с другими буржуями".

Но ухитрился не придать им значения, полагая, их чем-то типа частной инициативы (между тем, как показали события 1928-1931 и последующих лет они отражали генеральную линию исключительно точно). Не особо впечатлили его ни расстрелы его знакомых из смежных сфер, ни сообщение доброжелателя, в какой последовательности будут «брать» людей его окружения, прежде его самого (решился он бежать лишь когда в соответствии с этим предсказанием до него оставалось одно звено).

Такая беспечность может показаться глупой, но она имела рациональные оправдания в представлениях о собственной лояльности и значимости для «народного хозяйства». Мысль о том, что уничтожение «буржуя» в конечном счете важнее, чем польза от его дальнейшего использования, казалась «бывшим» вследствие непонимания ими существа господствующей идеи слишком экзотической. Однако эта мысль также не была лишена рациональных оснований: идея-то была такова, что для ее торжества ликвидация «неправильных» людей действительно была важнее любых иных соображений.

(no subject)

К беснованию вокруг "эпидемии" я с самого начала относился скептически и считал принимавшиеся меры (не говоря уже о нагнетаемой панике) избыточными - процентное соотношение для меня заведомо убедительнее любых эмоций. Вот и избыточная смертность, как и ожидалось, оказалась невелика - такая же примерно, как и из-за жары в 2010 (от внутриполитических потрясений и побольше бывает) - так что ничего выдающегося, ради чего стоило доставлять неудобства десяткам миллионов людей (вот нигде не встречал фамилию выродка, которому обязаны "и в перчатках" - а ведь штрафовали же).

Но вдруг поднявшееся антипрививочное движение впечатлило, пожалуй, еще больше. Против намордников и ограничений никаких акций не было, а против уколов (да ерунда какая!) - пожалуйста... Люди, живущие, в общем-то, в дерьме, безропотно принявшие предписываемое единомыслие, вдруг озаботились какими-то своими "правами", прониклись вдруг невиданным либерализмом (как будто в детстве не перенесли всяческих прививок). При образе жизни и привычках, реально сокращающих сроки жизни и свойственных большинству населения, это большинство боится лишний раз уколоться... Ну да, известное дело: "доктора заразу распространяют". За триста лет в народном сознании ничего не изменилось. Говорят, теперь все образованные. Но образование - образованием, а сознание - сознанием.

О неоднозначности перспектив

Когда приходится изредка заглядывать в "политические" порталы (Яндекс.Дзен и проч.), наиболее часто натыкаюсь на двух персон – умилительного дурачка Хазина, вот уже который год "в самом скором времени" предвещающего "левый поворот" путинского режима, и эпатажного клоуна Соловья, с не меньшим энтузиазмом чуть не ежемесячно ожидающего крах этого самого режима (то в форме ухода или смерти П., то "народной революции").

Почему так часто любят помещать и цитировать именно этих двух, несмотря на то, что их прогнозы постоянно и неизменно не сбываются – не знаю. Могу лишь предположить: потому, что они выражают наиболее распространенные чаяния. Это, так сказать, пропаганда не "на войска противника", а "на свои войска". Что требует постоянно держать единоверцев в состоянии радостного ожидания.

Разумеется, эти тенденции (к сожалению, только эти) постоянно присутствуют в реальной жизни, но сдерживаются путинской "стабильностью", которая не завтра еще кончится, так что их адепты напрасно торопятся. Но когда кончится – особенного повода для удовлетворения не предвидится.

Ну а какие перспективы могут быть у страны, в которой интересы большей части того (делового и творческого) элемента, который, по идее, должен воплощать ее конкурентоспособность, лежат вне национально-государственного интереса, а так называемые "государственники" – это просто советские дураки, пытающиеся повторить социалистические эксперименты (а другого они не умеют) под видом "госкапитализма"? Конечно, здоровое начало, связанное с индивидуальным интересом и экономической свободой, возобладает, но в нынешней ситуации для "государства" это может иметь печальные последствия.

Сохранение нынешним поколением истеблишмента почти всего советского наследия – от территориального устройства страны до анекдотически чудовищной химеры в их собственных мозгах, - не оставляет места для того, что в некоторых кругах принято называть "возрождением российской государственности".

В этих условиях ближайшей "постпутинской" власти (будь то преемник или какое-то коллективное правление) едва ли удастся сохранить управляемость, и страна не то чтобы "распадется", а "размягчится": последует новая "перестройка" – с известными последствиями (когда значительная часть регионов будут более тесно привязаны к сопредельным (и не очень) странам, чем к "центру"). Однако же это прискорбное в геополитическом плане обстоятельство в плане идейно-политическом может способствовать окончательному отказу от советского наследия, которое последние 20 лет культивировалось и поддерживалось исключительно центральной властью.

Новому поколению лет через 20 придется все начинать сначала. В худших стартовых условиях, но, хотелось бы надеяться, на более здоровой почве, очищенной от советского наследия.

Глупость самоубийственна

Почему волна безумия в западном мире, примеры которого постоянно подкидывают озабоченные этим наблюдатели, меня не сильно беспокоит? Потому что комплекс этого безумия внутренне антагонистичен, и оно не может продолжаться долго. Но если бы даже оно одержало бы полную победу в некоторых странах Запада, оно разобьется о неприятие всего прочего мира. Ему никогда не подчинить себе ни значительную часть Европы, ни Восточную Азию, ни мусульманский, да и вообще весь остальной мир.

Поход против "белых мужчин" и для абсолютного большинства "меньшинств" и для того же феминизма самоубийствен. Потому что весь этот либерализм, сделавший возможным их претензии, порожден исключительно европейской цивилизацией, созданной именно этими мужчинами. Только в европейской культуре с ее вниманием к личности и культом индивидуализма стало возможным поддерживать претензии на терпимость к "аномальным" проявлениям, права женщин на равноправие и т.д. Ни в одной из других "больших" культур этого нет. И при исчезновении культуры "белого человека" исчезнет и эта терпимость.

Ветры из степей

Пространство "русского мира" (один из наиболее популярных при Путине пропагандистских фантомов), все больше скукоживается как на западе (стараниями Луки), так и на востоке. Недавно Лавров, оправдываясь перед одним из "братских" лимитрофов за некорректные высказывания "стремящихся завоевать популярность некоторых политиков", сказал: "И никогда, я вас заверяю, никогда подобного рода высказывания, которые подрывают имеющуюся международно-правовую базу наших отношений, не будут облечены даже в подобие реальной политики».

И в это стоило поверить. Потому что, действительно, никакие притеснения русского населения, русского языка и культуры никогда не сопровождались со стороны Москвы "даже подобием" политической реакции. Стоит напомнить, что речь идет именно о той (созданной в 1936 росчерком сталинского пера) единственной "суверении", где была после 1991 осуществлена по настоящему радикальная этническая чистка: казахскоязычное население составлявшее до того в целом лишь 39%, а в ряде регионов менее четверти, стало везде абсолютно преобладать.

В Казахстане, разумеется, и поверили (как были уверены всегда), и в последнее время там наметились новые изыски по этой части. Один из местных "лидеров общественного мнения" выступил с интересным предложением, настолько "смелым", что даже украинским самостийникам в свое время в голову не пришло. Не владеющих в должной степени казахским языком лиц он предложил заключить в концентрационный лагерь из которого выпускать по результатам сдачи языкового экзамена.

Развернулась, кстати, кампания по истреблению остатков русского наследия в топонимике. Под предлогом того, что некоторые улицы носили номерные названия, убираются любые русские названия в т.ч. самые "нейтральные" типа "Строительной", при этом переименованным улицам русские названия никогда не даются. Решено, в частности, переименовать более 100 улиц в Алма-Ате, более 40 – в Нур-Султане, 30 – в Павлодаре и т.д.

Когда семь лет назад я посетил бывшую столицу ханства, то, хотя при действующем фюрере-"ельбасы" была еще полная "стабильность", местные русские чувствовали себя не очень уверенно, ожидая именно тех времен, которые с ростом политической конкуренции в местных верхах наступают сейчас (особенно после дунганского погрома). Понятно, какая ставка будет сделана перспективным претендентом, а если за дунган и теоретически заступиться некому, то за русских – только теоретически и на уровне "озабоченности" действиями "наших дорогих союзников" (о чем местные русские хорошо знают).

(no subject)

Время от времени продолжают спрашивать, когда я выложу в доступ свою "общую" базу (реестр всех офицеров и чиновников РИ с начала XVIII в.). Боюсь, что никак не ранее 10-12 лет (если доживу). Года три уйдет на внесение к имеющимся более 2 млн. еще порядка 600 тыс. записей из Выс.приказов (пока дошел только до 40-х гг.), родословных росписей, полковых списков и др. Но сколько лет потребуется на соединение записей, относящихся к одним и тем же лицам…

Напомню что ВП, дающие 100% искомых лиц, приводят только фамилии. И отождествить капитана Иванова, уволенного в таком-то году из такого-то полка (который он за службу неск. раз менял; а я в состоянии фиксировать по ВП только производство и смерть или отставку) с кем-то из десятков однофамильцев, произведенных в предыдущие 10-15 лет, и определить его имя-отчество по другим источникам в большинстве случаев теоретически возможно, но времени для размышлений, сопоставлений и предположений потребует изрядно.

Осенью решил параллельно начать сверку выложенной на сайт "белой" базы (составленной в основном по архивным материалам 1918-1920-х гг.) с "общей" (подставляя в первую недостающие сведения до 1917 г., а во вторую – сведения о судьбе), одновременно сводя воедино записи из разных архивных дел о мобилизованных большевиками (которых нет в "белой" базе). Но и это идет крайне медленно (дошел только до середины буквы "В"), поскольку процент однофамильцев для начала ХХ в. еще выше, во многих случаях имена тоже отсутствуют, а фамилии в документах после 1917 часто сильно искажены.

Некоторых лиц, фигурирующих после 1917, отождествить не удается, т.к. часто на них имеется несколько "претендентов" из "общей" базы, ну и надо иметь в виду, что из порядка 400 тыс. офицеров, живших в 1913-1920 гг., сведений о производстве не менее 15 тыс. найти не удалось, и в "общей" базе их нет. Но обновленная "белая" база, по крайней мере, может быть выложена на сайт года через полтора. Про "общую" же - не спрашивайте…

"Красные линии"

Почему-то больше всего из президентского послания запомнились эти "красные линии": кому-то выгодно было испугаться (угрожает!), кому-то – вдохновиться (вот теперь-то покажет супостатам!). Хотя вообще-то говорить о каких-то линиях, не пояснив, где, собственно, таковые проходят, выглядело полной бессмыслицей. Ну как можно предостерегать от их нарушения, если не объявить, какие конкретно действия имеются в виду? Если речь идет о непосредственном нападении на территорию страны, всё и так понятно, и разговоры о каких-то линиях, "которые сами будем определять", неуместны.

Вот США в этих случаях конкретизировали: ну там, применение кем-то химоружия, производство оружейного плутония (если даже непосредственно им это не угрожало), и пусть на практике когда-то "забывали", а когда-то ограничивались чистой инсценировкой "удара", но было хотя бы понятно, что имеется в виду. Китай тоже совершенно определенно давал понять, что, например, вторжение на Тайвань последует, если тот официально провозгласит независимость.

Понятно, что речь идет об интересах за пределами "официальных" границ, но если США привычно считать сферой своих интересов весь мир, а Китай никогда не признавал существующую ситуацию, то РФ свое положение (обусловленное приверженностью советскому наследию), и вытекающую из него "постсоветскую" ситуацию полностью ПРИЗНАЕТ. И потому не имеет возможности ВСЛУХ сказать о каких-то претензиях за пределами границ РФ. Вот почему "красные линии" не могли получить конкретного выражения, и их неопределенность лишь символизирует геополитическое бессилие путинской власти.

Однако смысл в неопределенности "красных линий" все-таки есть, но для "внутреннего употребления". И состоит в том, что это позволяет стоически переносить время от времени получаемые пощечины и приемлемо объяснять "непротивленчество" своей единственной опоре – "патриотической" аудитории: "а красная линия вовсе и не тут проходила". Собьют ли турки очередной самолет, раскатают ли американцы где-нибудь"вагнеровцев", да хоть базы в Сирии разгромят – "ну не Москву же бомбили" (а вот если, то тогда уж…).

Рискуя выглядеть "путинистом", еще раз замечу, что Путин (не касаясь того, что из резвившихся за последние 100 лет на нашей территории кровавых маньяков, тупых деревенских скотов, алкоголиков и пр. это первый элементарно адекватный человек) очень неглуп (я бы сказал, для человека обстоятельств своего становления и своей среды - максимально разумен), и, исходя из своих интересов, ведет себя почти всегда совершенно правильно. Просто интересы эти совсем не того рода, как некоторые (кто с ненавистью, кто с надеждой) привыкли полагать.

(no subject)

Доктрины – "как нам обустроить…" существовали с древности, но вот реально строить государства по этим образцам никогда не случалось. Отдельные попытки (типа Мюнстерской коммуны) кончались плохо. Такое стало модным только в эпоху массового общества, в эпоху господства идеологий. Но тоже малоуспешным, что совсем не удивительно, т.к. вообще все задумки, идущие от неприятия естественной жизни и пытающиеся с ней спорить или ее отрицать, кончались конфузом.

Представление о том, что люди взаимозаменяемы (естественно вытекающее из аксиомы об их "равенстве") и между ними можно установить некую "справедливость", а отношения между ними можно искусственно конструировать, весьма популярно. Частный случай этой тенденции - стремление к "пропорциональному представительству" ("что-то многовато у нас в такой-то сфере людей Х, не следует ли разбавить их людьми Z"), лежащее в основе всяческих «affirmative action». Но всякий раз оказывалось что с этими людьми дело не пойдет, потому что они элементарно глупые, ленивые, неспособные и т.д. Правда, чтобы это понять, требовалось или некоторое время или быстрый провальный результат. В сферах же, где эффект не столь нагляден, баловаться можно относительно долго.
В "массовую" эпоху недостатка в задумках такого рода не было и не будет, но подобные эксперименты никогда не бывали и не будут по историческим меркам особо продолжительными.

Один из читателей только что прислал мне цитату из воспоминаний одного известного советского компьютерщика (справедливо заметив, что она могла бы быть эпиграфом ко многому из того, о чем я писал). С удовольствием привожу ее и здесь: «Идет заседание важной комиссии. Пытаются определить почему серьезный проект завис - все сроки срываются. Руководитель поясняет высоким гостям его КБ, что людей не хватает ему катастрофически - все отделы недоукомплектованы и наполовину даже от реальной трудоемкости поставленных Правительством ему задач. Председатель Комиссии спрашивает - ну и сколько же тебе людей-то надо? Руководитель отвечает что две-три сотни, по крайней мере... Председатель обращается тогда в другой конец стола - к представителю Заказчика в генеральском мундире: батальон ему завтра перебросишь? После минутного всеобщего замешательства, уже поворачиваясь к руководителю КБ - ты же говоришь что тебе ЛЮДЕЙ не хватает...»

Разочаровал...

Ну вот в который уже раз за то время, пока я тут высказываюсь, приходится повторять травмирующее многих суждение: НИЧЕГО НЕ БУДЕТ. И, по-видимому, придется повторять это еще какое-то время. Ну что вот так все зацикливались на путинском послании? Чего только "судьбоносного" с полной уверенностью не предрекали (в который раз!) озабоченные "политологи". И опять сели в лужу (на сей раз даже с большим, чем обычно, эффектом, т.к. послание оказалось даже слишком, я бы сказал, демонстративно "травоядным"). Потому что в нее невозможно не сесть, перенося свои "озабоченности" на того, кто вовсе ими не страдает.

По представлениям этих предсказателей, если не поступить так, как они считают необходимым, то непременно наступит некая катастрофа – всё "рухнет", "развалится", "рванет" и т.д., и надо срочно что-то делать, что-то менять.
Но зачем бы Путину что-то менять?

Делать надо что-то только в том случае, если имеются некоторые амбиции, так сказать, "агрессивные" замыслы. Тогда стоит суетиться, что-то улучшать, реформировать, готовиться превзойти супостата или конкурента. Но если таких амбиций нет или их приходится засунуть подальше – ничего делать не надо. "Отставание" тут вовсе не смертельно. Внешней угрозы все равно не существует – никто никогда не посмеет напасть даже при минимуме того, что в РФ имеется (никто ведь не осмеливается свергнуть силой даже северокорейский, даже иранский режим).

Внутренней – тем более. Да и в любом случае страна, государство никуда не денутся. На Украине всё гораздо хуже – и с жизненным уровнем, и с коррупцией, а (вопреки ежегодным с 2014 ожиданиям) ничуть она сама не "развалится" и не "распадется" (если только не РФ-ные танки на Днепре). В Зимбабве вот истребили белых фермеров, стало голодно – и что? Ничего не "рухнуло", существуют же себе и КНДР, и Венесуэла и много прочих. Никаких "народных" революций, а тем более "от плохой жизни" никогда не происходило.

Единственным стимулом перемен всегда выступали амбиции некоторой "продвинутой" части самого истеблишмента или (реже) организованной "контрэлиты". Часто это вообще чисто "поколенческая" проблема. Так было 30 лет назад, так, несомненно, будет и в будущем. Вот когда придут люди, которым захочется чего-то большего (для себя, для государства, "для истории" – всё равно), чем спокойно "досидеть" – они будут суетиться. Но среди путинского поколения таких нет, а молодые – вполне могут себе позволить подождать и дать "отцам" спокойно отсидеть свое.